Сегодня в полдень Иран нанес удары беспилотниками по гражданским объектам на территории Нахчыванской Автономной Республики Азербайджана. В результате атаки дронов, упавших на Нахчыванский аэропорт и рядом со средней школой в селе Шекерабад, пострадали четыре человека, нанесён ущерб инфраструктуре. Взлётно-посадочная полоса Нахчыванского аэропорта выведена из строя.
Дело в том, что Азербайджан выстраивал с Ираном, как и с другими соседними и дружественными государствами, сбалансированную политику добрососедства и дипломатические отношения.
Сразу после начала конфликта министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов позвонил министру иностранных дел Ирана Аббасу Арагчи и вновь напомнил слова Верховного главнокомандующего Ильхама Алиева о том, что территория Азербайджана никогда не будет использована против какого-либо соседнего и дружественного государства, в том числе против Ирана.
Президент Азербайджана Ильхам Алиев стал одним из немногих мировых лидеров, выразивших соболезнования Ирану в связи с убийством верховного лидера страны Али Хаменеи. Президент лично посетил посольство Ирана в Азербайджане и выразил соболезнования.
Азербайджан также обеспечил функционирование КПП на границе с Ираном, создав условия как для эвакуации граждан других стран, находившихся в Иране, так и для возвращения иранских граждан на родину.
По имеющейся информации, Азербайджан также планировал оказать Ирану гуманитарную помощь.
Несмотря на всё это, режим мулл сегодня включил в число своих целей Нахчыванскую Автономную Республику — неотъемлемую часть Азербайджана. При этом объектами атаки иранского режима стали школа и гражданский аэропорт.
Это также свидетельствует о том, что иранский режим не уважает международное право и суверенитет государств.
Говоря о правовом аспекте произошедшего, юрист Шамиль Пашаев заявил АПА, что подобные атаки на гражданское население и гражданскую инфраструктуру относятся к числу наиболее серьёзных нарушений международного гуманитарного права: «Такие действия считаются грубым нарушением Женевской конвенции и в рамках международного права относятся к категории тяжких преступлений. Одним из основных принципов международного гуманитарного права является защита гражданских лиц и гражданских объектов. Даже в условиях войны преднамеренные атаки против гражданского населения категорически запрещены, и в подобных случаях ответственность может наступить как на государственном уровне, так и в индивидуальной форме».
Шамиль Пашаев, юрист
Говоря о ситуации с безопасностью в регионе, бывший депутат Кнессета Израиля и академический исследователь Элина Бордач-Ялов отметила, что модель поведения режима мулл на протяжении многих лет остаётся неизменной: «На протяжении многих лет иранский режим атакует Израиль посредством прокси-сил. Мы видели это в Ливане на примере «Хезболлы», в Сирии — на примере поддерживаемых Ираном вооружённых группировок, а также на примере ХАМАС, который финансируется и вооружается Ираном. Эта модель показывает, что режим не готов учитывать суверенитет и безопасность других государств, когда это противоречит его стратегическим интересам».
Элина Бордач-Ялов, бывший депутат Кнессета Израиля и академический исследователь
Американский политолог Петер Тейс заявил АПА, что удар беспилотниками по Нахчыванской Автономной Республике следует рассматривать как событие, которое ещё больше усиливает напряжённость в сфере безопасности в регионе. По его словам, подобные инциденты приводят к ужесточению военной и политической риторики и делают региональную систему безопасности более уязвимой.
Петер Тейс, американский политолог
По мнению Тейса, опыт конфликтов на Ближнем Востоке и в прилегающих регионах показывает, что подобные военные инциденты быстро повышают риск более широкой эскалации.
Он подчеркнул, что с точки зрения безопасности Нахчывана и региональной стабильности ключевым вопросом является предотвращение роста военной напряжённости и запуск дипломатических механизмов. По словам эксперта, в противном случае подобные события могут привести к более серьёзным проблемам безопасности в регионе.
Обращая внимание на политическую ситуацию в регионе, доктор философии по политическим наукам, сотрудник Академии государственного управления при Президенте Азербайджана Заур Мамедов отметил, что на текущем этапе режим мулл фактически находится в состоянии международной изоляции: «В результате политики, проводимой религиозным режимом, у государства нет дружественных стран, а его нынешние союзники не оказывают активной военно-политической поддержки. Эта ситуация привела к тому, что Иран всё больше оказывается в изоляции как в регионе, так и в международной системе. В таких условиях падение беспилотников в Нахчыванской Автономной Республике вызывает серьёзную обеспокоенность у Азербайджана и создаёт новые риски, способные повлиять на баланс безопасности в регионе».
Заур Мамедов, доктор философии по политическим наукам, сотрудник Академии государственного управления при Президенте Азербайджана
Говоря о нарушении воздушного пространства с точки зрения международного права, турецкий политолог и академик в области политических наук Уфук Урас заявил АПА: «Проникновение в воздушное пространство другой страны, независимо от цели атаки, означает нарушение суверенитета этого государства. Территориальная целостность государств и их суверенные права над воздушным пространством являются одними из основных принципов международного права, и нарушение этих принципов считается серьёзным шагом, усиливающим напряжённость в регионе. В подобных случаях важно задействовать дипломатические механизмы и рассматривать инцидент в политической плоскости».
Уфук Урас, турецкий политолог и академик в области политических наук
Развивая вопрос юридической ответственности, Шамиль Пашаев отметил, что преднамеренные удары по гражданским объектам в международном праве квалифицируются как «grave breach»: «Преднамеренный удар по гражданским объектам относится к категории «grave breach», то есть грубых нарушений, и влечёт международную уголовную ответственность. В подобных случаях возникает не только политическая, но и юридическая ответственность. Как национальные суды, так и международные трибуналы и суды обладают полномочиями расследовать подобные инциденты, а пострадавшие государства имеют право использовать международные правовые механизмы».
Коснувшись стратегии безопасности в регионе, Элина Бордач-Ялов отметила, что произошедшее является частью более широкой проблемы безопасности: «Это раскрывает истинную сущность иранского режима. Режим не уважает своих соседей и не признаёт суверенитет других государств, когда это противоречит его амбициям. Тот факт, что целью стал Азербайджан, ясно показывает, что Тегеран готов атаковать даже страны, которые не являются участниками войны, и это ещё раз демонстрирует, насколько хрупка система безопасности в регионе».
Обращая внимание на дипломатическую позицию Азербайджана, Заур Мамедов отметил, что официальный Баку с самого начала конфликта демонстрировал дружественное и добрососедское отношение: «Президент Азербайджана Ильхам Алиев стал одним из немногих глав государств, выразивших соболезнования Президенту Ирана после смерти Хаменеи. Кроме того, Министерство иностранных дел Азербайджана регулярно поддерживало контакты с иранскими коллегами и выступало с официальными заявлениями. Более того, ещё до начала войны Азербайджан предпринимал усилия для деэскалации».
Говоря о решении региональных проблем, Уфук Урас отметил, что существующую напряжённость можно устранить только дипломатическим путём: «Для решения вопросов в регионе достаточно дипломатии и переговоров. Нерациональные, эмоциональные и нестабильные шаги не решают проблемы, а, наоборот, лишь усугубляют их. Отношения между государствами должны строиться на логике, взаимном уважении и принципах мира».
Комментируя юридические последствия, Шамиль Пашаев добавил, что такие атаки могут квалифицироваться как военное преступление: «Подобные действия относятся к категории военных преступлений и влекут уголовную ответственность как по национальному законодательству, так и в соответствии с требованиями международных конвенций. Причинённый ущерб должен быть компенсирован, а ответственные лица должны быть привлечены к юридической ответственности».
Говоря о региональной стратегии режима мулл, Элина Бордач-Ялов отметила, что Тегеран проводит политику длительного влияния: «Все страны региона должны чётко понимать: у Ирана нет настоящих друзей. У него есть стратегические амбиции, видение регионального расширения и большое терпение. Тегеран готов ждать годы, а иногда и десятилетия, чтобы усилить своё влияние».
Обращая внимание на возможности Азербайджана по обеспечению безопасности, Заур Мамедов отметил, что страна обладает достаточным потенциалом для защиты своего суверенитета: «Азербайджанская армия располагает мощной и современной военной техникой. Страна способна как защитить суверенитет на своей территории, так и при необходимости проводить операции в стратегических пунктах».
Подчёркивая значение регионального сотрудничества, Уфук Урас отметил, что общая воля и взаимодействие Турции и Азербайджана являются важной платформой для обеспечения стабильности в регионе: «Обе страны могут сыграть важную роль в том, чтобы перевести эту напряжённую ситуацию в спокойную и рациональную плоскость».
Таким образом, атака беспилотников на Нахчыван рассматривается не только как военный инцидент, но и как событие, имеющее более широкие последствия с точки зрения международного права, региональной безопасности и геополитического баланса. Иран, помимо отказа от действий, доводящих региональную напряжённость до пика, должен дать объяснения Азербайджану и принести извинения в связи с произошедшим.